Охота на скунса - Страница 73


К оглавлению

73

– Паяльник – в раковину!

На миг короткое плотное тело застыло, как будто в немом вопросе, а затем сильная рука, обтянутая кожей, послушно бросила паяльник в раковину. Зашипела попавшая на раскалившийся конец вода. «Садист» опустил руки вдоль туловища и молча смотрел на Савву, как будто ждал следующих распоряжений.

Савва чувствовал, что силы на исходе, но останавливаться было нельзя. Он увидел на столе недопитый кофе. Ольга, видимо, пила его, когда в дверь позвонили. Не спуская глаз с застывшего «садиста», Савва взял чашку со стола и медленно выпил кофе. Он знал, что сейчас через минуту-другую последует мощный выброс энергии, но он будет последним. Поэтому приходилось поневоле быть экономным.

– Все трое, – ровным, даже будничным голосом сказал Савва, – повернуться и выйти из квартиры. Вы идете до метро, спускаетесь вниз и едете до станции «Невский проспект». Там вы выходите наружу. Вы ничего не помните о том, что произошло здесь после того, как вы вошли в этот подъезд. Выполняйте.

Второй бандит («дебил», как назвал его Савва), который все еще продолжал сжимать Ольгину правую руку, отпустил ее.

Под пристальным взглядом Саввы все трое повернулись и, будто построившись, друг за другом вышли из кухни. Первым двинулся к двери главный, «садист» подчинился последним. А еще через момент Ольга и Савва услышали, как открылась, а затем снова закрылась входная дверь.

– Ольга Васильевна, – сказал Савва, – паяльник из розетки… – и как подкошенный упал на пол.

Ольга в течение всего этого времени сидела без движения, потрясенная тем, что происходило на ее глазах. Теперь же, когда Савва упал как подкошенный, она очнулась, быстрым движением сорвала с лица клейкую ленту, а затем выдернула паяльник из розетки. На раковине, однако, остался невыводимый след.

Следующим действием Ольги было освободиться от стягивающих ее пут. Со свободной правой рукой это было делом секунды. После этого она бросилась к своему спасителю.

У нас в комнате лежит экстрасенс

Савва лежал на спине на том самом линолеуме, который они вместе недавно стелили. Лицо было спокойным, но мертвенно-бледным, руки вытянуты вдоль туловища. Ольга взяла его за запястье – пульс не прощупывался. Он был похож на мертвого, а точнее – на человека в состоянии глубокой комы.

"Господи, да что же делать? " – в панике думала Ольга.

Нормальный человек без особых колебаний уже давно бы вызвал «скорую помощь», да еще и милицию в придачу, но Ольга все еще в нерешительности стояла над распростертым на полу Саввой.

Подошла Пунечка и улеглась прямо у его головы.

Насчет милиции Ольга сомневалась. Что она им скажет? Как объяснит исчезновение бандитов? Ее примут за пьяную или сумасшедшую, или за ту и другую одновременно. Но вот «скорую помощь» вызвать, безусловно, следовало. Ольга двинулась в коридор, но тут безжизненное тело на полу шевельнулось.

– Не надо… «скорую»… – прошептал Савва. – Пройдет.

– Так что же мне делать? – спросила Ольга, но он уже снова впал в забытье.

Пришедший домой Торин-Павлуша очень удивился, увидев на кухне лежащего на полу человека, в котором он узнал того самого единственного в мире взрослого, который заинтересовался эльфийским языком.

– Он упал в обморок, – сказала Ольга. – Видимо, полная потеря сил. Помоги-ка мне, давай перенесем его на диван в большую комнату.

Савва оказался совсем не тяжелым, и мать с сыном перенесли его на диван, причем Савва так и не проснулся.

Ольга укрыла своего спасителя пледом, задернула шторы, выключила свет и на цыпочках удалилась, прикрыв за собой дверь. Стоило ей уйти, как в комнату пробралась Пуня. Она осмотрелась, а затем направилась прямиком к дивану, прыгнула и устроилась под боком у Саввы, уютно свернувшись калачиком. Каждый делал то, что мог.

Было бы лучше, если Ольга не стала бы задергивать шторы, а, наоборот, раскрыла бы окна настежь. Но она не знала об этом и устроила обессилевшего Савву так, как ей казалось лучше всего. Добро тоже лечит.

Ольга и Павлуша ушли на кухню и, чтобы не шуметь, закрыли за собой двери.

– Что случилось, мама? – спросил Павел, с удивлением вынимая из раковины остывший паяльник и разглядывая валявшиеся на полу обрезки веревки и обрывки клейкой ленты.

Ольга молча налила воду в чайник и также молча поставила его на огонь. Она не была уверена, надо ли ребенку знать о том, что произошло. Но если это повторится снова, что тогда? Это может случиться и в ее отсутствие. Дети должны знать об опасности, к тому же Ольге совсем не хотелось врать, а ведь тогда пришлось бы придумывать какое-то объяснение и веревкам на полу, и паяльнику в раковине.

Ольга села к столу и сказала:

– Сейчас я тебе все объясню. Но постарайся не пугаться, а воспринимать все спокойно. Как говорил Горбачев, таковы реалии наших дней.

Когда через некоторое время домой вернулся Петр, младший брат встретил его в прихожей и серьезно сказал:

– Постарайся воспринять это спокойно и без паники. Но нам надо быть начеку. На нас наезжали бандиты.

– Опять белые гномы? – рассеянно спросил Петр.

– Нет, настоящие бандиты. Они хотят отнять у нас квартиру. А в большой комнате лежит экстрасенс.

– Ты, часом, не заболел? – скривился Петр. – Какой еще экстрасенс?

– Обычный. Он у нас был уже, линолеум стелил, помнишь?

– Ну и фантазия! Это увлечение Толкиным до добра не доведет! – махнул рукой старший брат и стал снимать куртку.

– Да при чем здесь Толкин! – возмутился Павел. – Я тебе дело говорю. Вот спроси у матери.

Петр открыл дверь на кухню.

73